Prosvet News Portal Просвет. Культурно-Просветительский портал


 
 
 
 
 

20.03.2013 12:18    

Loimuv Eesti 2020: Вводная статья по теме 'Толерантность общества'   (0)

Loimuv Eesti 2020: Вводная статья по теме `Толерантность общества`

Предлагаем вашему вниманию предварительные материалы по подготовке в Эстонии "Программы развития в сфере интеграции и сплочения на 2014-2020 гг." ("Lõimuv Eesti 2020"), которая ведётся с конца 2012 года.

Предполагается что готовая программа будет представлена для одобрения правительству ЭР в декабре 2013 года. На её реализацию в период с 2014 по 2020 год запланировано финансовое вложение около 46 миллионов евро. Процесс обсуждения по 15 темам в экспертных группах  уже идёт.


Тема №7. Толерантность общества

Эксперты: Mарианне Мейорг
(руководитель программы равного обращения Эстонского центра по правам человека),
Маарис Раудсепп
(научный сотрудник Таллинского университета).

Основные ценности Европейского Союза обозначены в договоре об основании ЕС – уважение человеческого достоинства, свобода, демократия, равенство, правовое государство и уважение прав человека, включая права людей, принадлежащих к числу меньшинств. В то же время подтверждено единое видение общества, в котором правят плюрализм, недискриминационный подход, терпимость, справедливость, солидарность. Развитие терпимости, открытости, равного обращения и интегрированности являются и важными целями развития эстонского общества, лежащими в основе составления интеграционной программы развития.

Терпимость, или толерантность, - способность человека, групп людей или общества относиться с терпением, признанием и доверием к отличающимся от привычных мнениям, верованиям, подходам, обычаям, традициям или культурам, иному складу и своеобразию в целом. На уровне индивида терпимость – это достоинство, поддерживаемое во многих регионах, и на сегодняшний день общепризнанный идеал, терпимость в отношении меньшинств – одна из основных ценностей либерального демократического общества. Национальные и другие меньшинства нуждаются в признании своего положения как особого и обеспечении равенства как в правовом отношении, так и в повседневной неформальной практике. Терпимость признает право быть своеобразным и равноценным, поддерживает чувство собственного достоинства индивидов и групп. Терпимость – это еще и очень важное измерение уровня развития общества: чем более развито и демократично общество, тем больше толерантность в отношении инакомыслящих, различных культур и жизненных укладов, а также в отношении других национальностей.

Вопросы для обсуждения

1. В какой мере неравное обращение с людьми и дискриминация в юридическом понимании являются проблемой в Эстонии? Какие группы наиболее подвержены опасности? В какой мере работодатели и руководители осознают принцип равного обращения, как замечают дискриминацию? Что нужно делать, чтобы уменьшать неравное обращение с людьми в Эстонии?

2. В какой мере нетерпимость и отторжение на основе национальности, расы или языка являются проблемой в повседневной практике в Эстонии? В какой мере ценится терпимость на институционном уровне и среди различных групп жителей? Как реагируют на проявления нетерпимости в повседневной жизни? Какие факторы способствуют проявлению нетолерантной настроенности и нетерпимости? Что нужно делать для развития толерантности в эстонском обществе?

3. Какой могла бы быть идеальная модель культурно многообразного, интегрированного и толерантного общества? Что в плане развития интегрированости и толерантности можно было бы установить в качестве реалистических целей к 2020 г.?

Терпимость проявляется в установках и поведении. Толерантные установки опираются на общеизвестные ценности, толерантное поведение означает подчинение определенным правилам. Можно выделить различные уровни толерантности (см. Walzer 1998): переносимость различия, пассивная толерантность (равнодушие), активная толерантность (признание различия, солидарность), открытость, интерес и уважение к другим, активная поддержка различий. Формы проявления нетерпимости тоже разнообразны, начиная от оговаривания и высмеивания кого-либо за спиной, вербальной враждебности, до систематического оттеснения и физического насилия (Allport 1954). Опасность дискриминации существует всегда, когда в отношении отдельного индивида принимается какое-то решение на основе его групповой принадлежности.

Антидискриминационное законодательство Эстонии основано на §-l 12 Основного закона, в котором запрещается дискриминация из-за национальной, расовой принадлежности, цвета кожи, пола, языка, происхождения, вероисповедания, политических или иных убеждений, а также имущественного и социального положения или по другим обстоятельствам. Закон запрещает также разжигание ненависти. Содержащиеся в Основном законе основные принципы применяются при отсутствии специального закона. Термина «толерантность» в законодательстве нет.

В Эстонии согласно соответствующим директивам ЕС принят закон о гендерном равноправии (далее SVS - soolise vordoiguslikkuse seadus) и закон о равном обращении (далее VKS - vordse kohtlemise seadus). SVS имеет дело с дискриминацией по признаку пола, VKS – с дискриминацией по признаку расы, национальности, цвета кожи, вероисповеданий или убеждений, возраста, физических и психических недостатков и сексуальной ориентации. Эти законы или принципы равного обращения, равных возможностей или равноправия упоминаются и в законе о трудовом договоре, и в законе о публичной службе, и в законе об условиях труда направленных в Эстонию работников. Вдобавок уголовный кодекс содержит положения, запрещающие разжигание вражды (§ 151) и нарушение равноправия (§ 152) в целом и дискриминацию по признаку генетических рисков (§ 153).

Тематика толерантности и дискриминации затрагивалась в многочисленных социологических исследованиях. Периодические международные сравнительные исследования (Евробарометр, Европейское исследование ценностей, Европейское социальное исследование) позволяют поместить Эстонию в международный контекст. Обобщая, можно сказать, что узор толерантных установок жителей Эстонии схож со свойственным другим странам Восточной Европы.

В Эстонии, начиная с 2000 г., проведены мониторинги интеграции, измеряющие межнациональные установки и контакты и восприятие дискриминации. Вдобавок проведены специальные опросы и квалитативные исследования, например, исследование расизма и ксенофобии в Эстонии (Vihalemm jt 2007), исследование межнациональных отношений после т.н. кризиса „бронзового солдата“ (Lauristin jt, 2007), исследование неравного обращения (Lagerspetz jt. 2007), исследование установок и контактов школьников (Korts, 2008).

На основе данных исследований можно утверждать, что установки жителей Эстонии в отношении мультикультурного общества стабильно позитивны. Присутствует вера в то, что различные национальности могут хорошо уживаться в одном государстве, и различные языки и культуры обогащают общество. Взаимное признание на уровне обеих языковых групп с годами возросло.

Одной из основ нетерпимости и стереотипного подхода является отсутствие личных контактов или поверхностные контакты с представителями другой группы. Эстонию характеризует относительная культурная изолированность других национальных групп (даже по сравнению с Латвией) и малое соприкосновение с представителями другой расы или другого вероисповедания. Социологические исследования показывают устойчивую тенденцию: у русских больше контактов с эстонцами, чем у эстонцев с русскими, и большинство контактов - бытового плана или рабочие, наднациональных дружеских отношений относительно мало, особенно среди молодежи. Количество и характер контактов тесно связаны с толерантным или нетолерантным отношениям к другим национальностям.

Роль медиа в возвращении или разрушении межнациональных стереотипов очень велика. Согласно проведенному в 2007 г. по заказу Министерства юстиции исследованию ксенофобии, расизм в печатных масс-медиа не считается важной проблемой. Проблемный анализ, касающийся расизма, поверхностный, в основном концентрируются на информирующей роли, отношения к расизму стараются не проявлять. Мало статей как негативных в отношении расизма, так критических в отношении обвинений в расизме. В выводах мониторинга интеграции 2011 г. обращено внимание на то, что с точки зрения интеграции особенно важно учитывать, что встречающееся иногда как в эстоноязычных, так и в русскоязычных медиа предубежденное, оскорбительное и надменное отношение к другим национальностям усиливает впечатление остроты межнациональных конфликтов в Эстонии, в то время как во внемедийных контактах эти конфликты не представлены в той же мере.

В целом картина выглядит противоречиво. В Эстонии представлены различные формы как терпимости, так и умеренной нетерпимости. Как эстоно-, так и русскоязычное население гетерогенно в своих установках на толерантность. Проблемой является отсутствие ясных соглашений в межнациональном общении и неосведомленность о существующих регуляциях.

Целевые группы
> жители Эстонии
> новые иммигранты
> работодатели
> журналисты
> лидеры общественного мнения

Связующие группы
(связанные с данной сферой другие организации или поддерживающие данную тему):

> медиа 
> сектор образования и культуры 
> политические деятели 
> учреждения публичного сектора, осуществляющие надзор за выполнением законов в данной области 
> организации, связанные с защитой прав человека 
> представительские организации национальных меньшинств

Модель толерантности Ирис Петтай (2002) демонстрирует позитивную перспективу развития – достижение фазы единства и чувства-«мы», которое характеризует взаимное признание большинства и меньшинств и вовлеченность меньшинств во всех областях общественной жизни. Аналогичное развитие на уровне идентичности описывает модель открытой эстонской идентичности, которая поддерживает мульткультурность и включает в понятие группы-«мы» все живущие в Эстонии национальные группы, не отрицая в то же время эстонского этнического самосознания (Valk jt 2011, Veisson 2006).

Не ясны, однако, те политические, социальные и культурные механизмы, которые бы способствовали развитию в этом направлении. Препятствием может быть сохраняющееся противоречие культурно-национального (оправдание этнического доминирования) и национально-гражданского (приоритет демократических ценностей) мышления (Piirimae 2008), противоречие между концепциями этнического национального государства и политического национального государства (Vetik 2012) и использование национальной нетерпимости в политической борьбе. Напряженность между двумя видениями демократии - этническое национальное государство или гражданское государство – является спецификой эстонской демократии (Saarts 2012). Эта амбивалентность присутствует и в обыденном сознании и содействует проявлениям терпимости или нетерпимости в отношениях между людьми. В эстонском контексте вызовом является и столкновение прежнего советского (присущего многонациональной империи) режима толерантности (Walzer 1998) с режимом толерантности, свойственным национальному государству.

Благоприятствующим условием может являться долговременный опыт толерантного к культурам совместного существования. Можно было бы больше осознать присущее Эстонии разнообразие на различных уровнях – например, культурном, геологическом, экологическом, - и уникальную роль Эстонии как место встречи различных типов культуры, где разные культуры могут спокойно уживаться одна с другой, переводить и уравновешивать одна другую. В мировом контексте Эстония могла бы быть одним из позитивных примеров миролюбиво интегрированного общества. С другой стороны, синергию культурного многообразия и культур, которая осуществляется в атмосфере взаимной терпимости и признания, можно воспринимать как основу устойчивости и развития эстонского народа и культуры. Стратегии миролюбивого сосуществования, открытость и приспособляемость – часть культурного наследия эстонцев и наши ресурсы. Развитию терпимости способствовало бы распространение регионального самосознания и инклюзивной трактовки эстонской культуры, в которой эстонской культурой считалась бы культура, создаваемая как эстонцами, так и другими живущими в Эстонии народами.

Использованные материалы:

  • Allport, G. (1954). The nature of prejudice. Addison-Wesley
  • Conley ja Gerber (2011) http://csis.org/files/publication/110826_Conley_RussianSoftPower_Web.pdf
  • Jakobson, M.-L. Ulevaade meediamonitooringust.
  • Kallas, K. , Mihkelsoo, I., Plaan, K. (2012) „Loimuv Eesti 2000–2011” integratsioonimonitooringute analuus“, www.integratsioon.ee
  • Kaplinski, J. Sallivuse tahendusest. Rmt. Sallivus: II avatud uhiskonna foorum: Tallinn, 18. aprill 1997, Tallinn 1998. Toimetanud Kalle Kurg., lk. 89-97.
  • Korts, K. (2008) Sallivus ning kultuuridevaheline dialoog, loimumine ja meedia.
  • Lagerspetz, M., Hinno, K., Joons, S., Rikmann, E., Sepp, M. , Vallimae, T. (2007) Isiku tunnuste voi sotsiaalse positsiooni tottu aset leidev ebavordne kohtlemine: elanike hoiakud, kogemused ja teadlikkus
  • Pettai, I.. Eestlaste ja mitte-eestlaste vastastikune sallivus. – Eesti ja eestlased vordlevas perspektiivis: kultuuridevahelisi uurimusi 20. sajandi lopust, Tartu, Tartu Ulikooli Kirjastus 2002, lk 213–233. Kogumiku koostaja Aune Valk.
  • Piirimae, E. (2008) Riik ja rahvuslus. Rmt. Motestatud Eesti – uhiseid vaartusi hoides. Tartu Ulikooli eetikakeskus, lk. 83-98..
  • Saarts, T. (2012) Kahest demokraatiamudelist ja Eesti poliitika tuumikpingest. Vikerkaar 6, 78-88.
  • Sats, M. ( 2004) Tolerantsusest Eestis. Magistritoo.
  • Turay, A. (2012) Vaike valge riik.
  • Valk, Aune; Karu-Kletter, Kristel, Drozdova, Marianna (2011). Estonian Open Identity: Reality and ideals. Trames : Journal of the Humanities and Social Sciences, 15(1), 33 - 59.
  • Vetik, R. (2012) Rahvuspoliitika. Rmt. Eesti poliitika ja valitsemine 1991-2011. TLU Kirjastus, lk. 109-143.
  • Veisson, A. (2006) Eesti etnilise identiteedi avatus. Magistritoo.
  • Walzer, M (1998). Sallivusest, Tallinn, Vagabund.








Обсуждение
Имя/Ник
Тема
Комментарий
Код на картинке
Логин
Логин:
Пароль:



Партнеры
Real Time Analytics
© Copyright MTU Prosvet. info@prosvet.ee